Все знали: за Мириам Блейлок водятся грехи. Вместо того чтобы просто использовать человеческие существа по их прямому назначению, она делала их своими друзьями и любовниками – совершенно непростительная провинность! Подумать только – она целовала их, занималась с ними сексом и испытывала при этом удовольствие. Разве подобные привычки не являются извращением, вполне сопоставимым, например, с союзом, где в качестве супруга или супруги будет выступать какое-нибудь животное?

Полная чепуха и предрассудки, разумеется, но от сознания этого ее жизнь отнюдь не становилась легче. Вот и сейчас Мириам вынуждена была поглубже спрятаться в коляску велорикши, скрывая лицо не только от людей, но и от своих. Рикша живо мчал ее по мокрой улице, прямиком по лужам, оставленным последним ливнем, и она внимательно вглядывалась из темной глубины в клубившийся туман надо рвом, который окружал древний тайский город Чиангмай.

Как она посмела выбрать такой образ жизни – и после этого смотреть в глаза своим соплеменникам? Наверняка в ее роду была примесь человеческой крови – хотя идея межпородного скрещивания абсурдна, глупые сказки, не более. Мириам презирала сородичей за ограниченность мышления, сознательный отказ от технического прогресса. Когда-то они правили как короли, а теперь забились в свои норы, покидая их только на время охоты.