На экране гермошлема высветился новый маршрут, и девушка побежала в гущу боя. За первым же поворотом её ждали три тела в скафандрах. Два вражеских и одно своего. Ящеры точно мертвы, с такими ранами не живут, а человек, возможно, и жив. Нет, будь это обычный хомо сапиенс, который почему-то два раза разумный, шансов выжить у него не было бы никаких, восемь рваных отверстий на груди и потрескавшееся бронестекло гермошлема говорили сами за себя. Из всех отверстий вылезала уже успевшая затвердеть гермопена, ею сейчас был заполнен весь защитный костюм. Обычный человек никак не выжил бы, если не раны, то сама пена его бы точно убила, не только оградив от вакуума, но и лишив возможности дышать. Но искусственно модифицированный воин, который и человеком-то уже не был, а по сути являлся биороботом или киборгом, так просто не умирал. При сильных повреждениях он впадал в состояние, похожее на анабиоз, и мог в нём находиться довольно долго, ожидая, пока его оттуда не выведут, или, попав в благоприятные условия, выходил из него сам, восстанавливая по возможности полученные повреждения. Лилия всё это знала, поэтому никаких порывов помочь сослуживцу не испытывала, да и приказа такого не поступало. За следующим поворотом не было ни живых, ни мёртвых, зато следы боя присутствовали в виде рваной обшивки коридора. Крупнокалиберный пулемёт, встроенный в боевой скафандр - штука серьёзная, да и разгерметизации помещений можно было уже не бояться. Следуя высвечиваемому маршруту, девушка выскочила в соседний коридор и сразу открыла огонь из обоих стволов, хотя хватило бы и короткой очереди. В любом случае она успела первой, и ящера чуть ли не разнесло в клочья, несмотря на всю броню его скафандра. Вообще-то, на ящера он был похож даже меньше, чем сама Лиля на шимпанзе, вполне себе гуманоид, которого, если особо не приглядываться, можно принять за человека.