Сульт не дал ему возможности долго размышлять по этому поводу.
— Я сам поговорю с Хайгеном — сказал он и ткнул пальцем в одну из бумаг. — Гойл, напишите лорд-губернатору Миду и постарайтесь заручиться его поддержкой. Глокта, организуйте беседу с лордом Веттерлантом, пора бы ему определиться. Идите оба.
Сульт отвернулся от листочков, исписанных чужими секретами, и пристально взглянул на Глокту холодными голубыми глазами.
— Отправляйтесь и добудьте мне голоса!
Быть вождем
— Холодная ночь! — прокричал Ищейка. — Даже не подумаешь, что лето.
Все трое обернулись к нему. Ближе всех находился седой старик, судя по всему много повидавший в жизни. Рядом с ним стоял человек помоложе с одной рукой — левая была обрублена выше локтя. Третий казался совсем мальчишкой. Он остановился на краю причала и хмуро смотрел на темное море. Подходя ближе, Ищейка притворился, будто хромает, припадал на одну ногу и болезненно морщился. Он проковылял под фонарем, свисавшим с высокого столба рядом с сигнальным колоколом, и поднял флягу, чтобы они могли ее видеть.
Старик усмехнулся и прислонил копье к стене.
— У воды всегда холодно! — Он подошел, потирая руки. — Похоже, ты нас согреешь?
— Точно. Удача вам улыбается.
Ищейка вытащил пробку, взял одну из кружек и наполнил ее жидкостью.
— Не надо стесняться. Верно, парень?
— Я думаю, вы этим не страдаете.
Ищейка плеснул питья в следующую кружку. Однорукий наклонился взять ее и положил копье. Последним подошел мальчик и стал настороженно рассматривать Ищейку. Старик шутливо толкнул его в бок.
— Твоя матушка не предупреждала тебя, что пить нельзя, парнишка?
— Какая разница, что она говорила? — огрызнулся тот, стараясь, чтобы его высокий голос звучал как можно более сурово.