Амра опустил чернокожему веки, выпрямился и глянул на горизонт. Армада брагонов быстро удалялась: лодки превратились в едва различимые точки, тростниковый парусник казался лепестком, плавающим в суповой миске.
Матросы подняли парус, но, вместо того чтобы повернуть и устремиться в погоню за мелкоголовыми, «Белит» набрала ход и заскользила в противоположном направлении: не то ветер успел измениться, не то здесь было два воздушных течения.
Амра вернулся на корму. Али стоял возле борта и печально смотрел за корму, на тающие в дали тростниковые лодки.
— Дерьмо Нергалье, — пробурчал Амра, берясь за рукоять рулевого весла, — ветер сменился. Попробуем идти галсами.
— Брось, киммериец, — откликнулся Али. — Это не простой ветер. Мы бессильны. Все в руках богов.
Солнце уже клонилось к горизонту, когда капитан «Белит» оставил попытки управлять судном. Галеру стремительно влекло куда-то на запад.
Они с туранцем успели выпить по кувшину вина, когда крик дозорного возвестил о приближении неведомого берега.
Глава четвертая КОЛОДЕЦ СМЕРТИ— Ты болтал о преисподней, но, кажется, нас занесло прямиком в Сады Изиды!
Амра взъерошил светлые волосы девушки, чья прелестная головка лежала у него на коленях. Ласковые блики утреннего солнца играли на ее бархатной коже, покрытой тончайшим золотистым пушком. Не открывая глаз, девушка улыбнулась и потянулась в блаженной истоме.
— Не станем размягчаться, словно воск у жаровни, — откликнулся Сам Али.
Туранец развалился на шелковых подушках в обнимку с тремя нагими туземками. Он выбрал себе самых пухленьких, хотя и они, на его взгляд, были тощеваты. Амра только хмыкнул, услышав, как Али безуспешно пытался выведать, чем кормят на острове. Девушки только улыбались да посмеивались — либо не понимали языки, которыми Али владел, либо просто сохраняли обет молчания.