И они дружно посмеялись.

— Да, хорошее было время, — сказал затем Андрей, с легкой грустью поглядев в небо.

— И не говори. Не то что с этими дебилами, — Михалыч мотнул головой в сторону копошащихся роботов. — Ни бэ ни мэ ни кукареку. Каши с ними не сваришь.

— А ведь можно все вернуть, — вдруг сказал молодой каменщик.

— Это как это? — удивился старый.

— А ты послушай, Михалыч. Есть у меня одна идейка… Мы им тоже посвящение устроим.

Все же нельзя сказать, что роботы совсем не отдыхали. У нас ведь как: прогресс прогрессом, а старых привычек не меняют. Методы работы все те же, что и сто лет назад. Бывает, раствор вовремя не подадут или поддон с кирпичами не поднимут, и механические каменщики остаются без работы. Вынужденный простой у них получается.

Однажды, именно в такую минуту, когда произошла задержка с раствором, Михалыч подошел к их бригадиру и хлопнул его по плечу.

— Эй, как там тебя? В дурака будешь?

— Меня зовут КэШэОдин. Что есть дурак?

— Хых, — усмехнулся мастер, — ладно, будешь Кеша первый. А дурак — это игра такая, в карты.

На удивление Михалыча главный робот согласился. На ломаном русском он заявил, что в его операционной системе есть стандартные карточные игры.

Сошлись на переводном. Михалыч начал скромно и пару раз принял карты. Он всем своим видом показывал, что весьма озадачен. Чесал затылок, причмокивая, бросал нужную карту:

— А мы вот так!.. На тебе!.. А вот так?.. Ну что, Кеша, съел?!

Кеша, казалось, внимательно подсчитывал, какие карты уже вышли. Только это и можно было определить по его холодным глазам.

И вот настал момент икс. Карты в колоде кончились. Тут-то Михалыч и начал по привычке мухлевать: достал из рукава козырный да пиковый тузы, которые заныкал при отбое.