- Может он также воссоздать образ покойного или поднять со дна океана затонувший корабль. Оживляемые им мертвецы - матрос, ребенок, конь - это, разумеется, не физические тела как таковые, ведь плоть их давно обратилась в прах. Точнее было бы назвать их "впечатлениями" - это своего рода видения или отражения, так сказать; жизненная энергия Тухулки возвращает им некоторые качества из числа тех, коими они отличались при жизни. Словом, это фантомы. Да, они живут, они обладают некоей субстанцией и все-таки они - не более чем слепки, часть самого Тухулки; именно он наделяет призраки обличьем и свойствами тех существ, которым они уподоблены.

Итак, как я понимаю, до поры до времени демон развлекается пустячными трюками, набирая силу и радуясь освобождению из глыбы туфа. Однако не приходится сомневаться, что вскорости он возьмется за дело более серьезное, ради которого и был призван. И если миссия придется ему по вкусу, он отправится к вратам Акрума, соберет души расенов и уведет их в наш мир, где они смогут обрести новые тела, выдворив души, ныне в этих телах пребывающие. А мертвецы, знаете ли, жадны до жизни и яростно завидуют живущим, свирепы и злобны... О, в результате сомневаться не приходится! Так что, сами понимаете, леди и джентльмены, произойдет великая битва, и боюсь я, что всем вам придется несладко. Очевидно, Вел Сатиэс уже предпринял несколько попыток воззвать к Тухулке. Не сомневаюсь, что со временем он преуспеет.

- Вы говорите, дар жизни был вручен трем избранным лукумонам, в число которых входили вы и мистер Хантер, - проговорил доктор Дэмп с видом весьма умудренным.

- Так гласит легенда, сэр, - избраны были трое.

- А кто же тогда третий?

- Мне он неизвестен, - покачал головой мистер Хиллтоп.

- А мистеру Хантеру?

- Такой возможности я не исключаю.

- Третий лукумон, часом, сейчас не в Солтхеде?

- Он может быть где угодно, сами понимаете, - махнул рукой мистер Хиллтоп.