- Ты ведь хочешь быть на десантном катере?

- Умница, отгадал с первого раза.

- Тогда тебе лучше спать со мной - капитан поручил мне составить список на высадку.

Мирлена снова откинулась в кресле.

- Сначала любовь, а плата потом?

- Ты странная женщина, - произнес Рудлан, опускаясь в кресло рядом с ней, - хотя и психолог.

- Прощайте, звезды, - пробормотала Мирлена, закрывая глаза. Прощайте, мои яркие недруги. Рудлан, поторопись, не то наше отсутствие тоже заметят.

3

Прошло много времени, прежде чем Кимри оправился от страха. Он лежал на земле, и по телу его пробегала дрожь. Запах горелой листвы висел в воздухе. Наконец, он осмелился поднять глаза и с облегчением убедился, что огонь погас. Среди обгорелых и поломанных деревьев висело облако пара и дыма. С помощью вечного дождя лес хорошо справлялся с огнем.

Мертвый удав лежал головой в его сторону. Его глаза, казалось, смотрели с укоризной. Кимри почувствовал, как в груди у него шевельнулось сожаление. Он ответил смертью на одну лишь угрозу смерти, хотя мог уклониться от поединка и сохранить змее жизнь. Но гордость заставила его превратиться из жертвы в охотника, та самая убийственная гордость, которая когда-нибудь заставит его принять губительный для него вызов.

Жрецы были правы. Кимри не доставало смирения, необходимого для овладения знанием ради знания. Нет, кастрация и посвящение в тайны электричества, алхимии и медицины - не его удел. Он родился мужчиной и умрет им.

Он вспомнил о небесном громе, посланном, несомненно, Готфредом. Готфред был богом-шутником, но на этот раз в его шутке не было ничего смешного.

Согласно писанию, когда-то на земле водились страшные чудовища, которые могли превращаться в огромных птиц. Эти птицы нападали на города, как стервятники на падаль, и оставляли после себя гром, огонь и смерть. В те далекие времена, еще до основания Ной Лантиса, как гласили легенды, на земле было множество городов, но огромные птицы разрушили все города, и когда им стало нечего есть, они пожрали друг друга.