– Вот это мы и выясним, – бесцеремонно оборвал его Чудакулли. – Мы должны иметь возможность пользоваться библиотекой. Ради нашего заведения, декан. Незримый Университет – это больше, чем один человек…

– … Примат…

– …СПАСИБО, примат, и всегда следует помнить, что «я» – последняя буква алфавита.

Из-за дверей опять донесся глухой стук.

– Чтобы быть совсем уж точным, – вмешался главный философ, – хотелось бы внести небольшое исправление. На самом деле эта буква раскладывается на два звука – «й» и «а». Но так же поступает и предшествующая «ю». А стало быть, последней нормальной буквой алфавита является «э». Быть может, в этой связи нам стоит говорить не «я», а «э»? К примеру, лично э туда даже носа не суну…

– Да-да, конечно. – Чудакулли отнесся к этой вставке, как к обычному университетскому фоново-логическому шуму. – Таким образом, можно назначить библиотекарем кого-нибудь другого… человека опытного и умелого… Гм-м… Может, у кого-то есть предложения? А, декан?

– Хорошо, ХОРОШО! – воскликнул декан. – Будь по-твоему. Как всегда.

– Э-э, но, аркканцлер… Магические эликсиры ни в коем случае применять нельзя, – набравшись храбрости, выступил Думминг.

– Правда? – осведомился Чудакулли. – Может, ты хочешь поубираться на тамошних полках, а?

– Я пытаюсь сказать, что повлиять на библиотекаря посредством магии не получится. Мы столкнемся с серьезнейшей проблемой.

– Проблем, господин Тупс, не бывает. Есть только возможности.

– Разумеется, аркканцлер. Но, прежде чем решать возможности, может, нам следует выяснять имя библиотекаря?

Волшебники одобрительно забормотали.

– А паренек прав, – кивнул профессор современного руносложения. – Магическое воздействие возможно, лишь когда знаешь имя того, на кого ты собираешься воздействовать. Одно из основополагающих правил.