Он пропустил миг, когда яростные крики преследователей сменились воплями ужаса. А впрочем, если бы даже и уловил, что толку?

Лев-одиночка был стар. Видимо, не так уж давно это был вожак прайда, но время его ушло. Какой-нибудь молодой лев прогнал старика, утратившего былую силу и сноровку в бою — вон на морде красуются недавно зажившие рубцы, оставленные более удачливым соперником. И теперь бывший вожак вынужден скитаться по окраинам охотничьих владений прайда, питаясь падалью и случайной добычей. Каковой в настоящий момент являлся Ад-Амм.

Лев выскочил из кустов с грозным рычанием, но без особого напряжения. Вероятно, хитрый кошачий мозг вполне оценил расклад — и то, что загнанному охотнику некуда деваться, и то, что вопящие двуногие не придут на помощь жертве со своими острыми палками. Обед готов…

Ад-Амм всё-таки успел выставить перед собой копьё, но лев походя отшиб его лапой. Время словно растянулось. Как во сне, Ад-Амм оцепенело смотрел на наплывающую раззявленную пасть с длинными жёлтыми клыками…

Какая-то страшная невидимая сила вдруг подняла его в воздух, одновременно отшвырнув хищника, как пучок сухой травы. Краем глаза Ад-Амм успел заметить только странное существо, окружённое светящимся ореолом. И наступила тьма…

Стены зала были похожи на янтарные соты, в шестигранных ячейках которых мерцал и переливался радужными цветами невесомый туман. Пол, напротив, являл собой идеальную однородную плоскость густо-голубого цвета, словно выточенный из одного монокристалла аквамарина.

Большой шар, небрежно расписанный мазками белого, сквозь которые проступала где зелень, где желтизна, где неопределённый серо-бурый колер, вращался в воздухе, ни на что не опираясь. Впрочем, среди цветов после белого преобладал зеленовато-голубой.

"Да уж… Суровая планета"

Хозяева зала обменялись взглядами. Им необязательно было говорить вслух, телепатические мыслеобразы гораздо удобнее при общении. Один из них, стоявший ближе к шару, сделал короткое движение пальцами, и голограмма послушно изменилась. Исчезли беспорядочно разбросанные белые мазки облаков, исчезли густые белопенные вихри циклонов. Но и после этого белого цвета оставалось предостаточно — всё северное полушарие было белым.