Фон Вернер со спасенным перешли через мост. Ощущение было такое, как будто они пересекли границу между двумя княжествами. Разница сразу бросалась в глаза. Дома здесь были заметно новее, люди одеты почище и на лицах отсутствовало выражение хищного интереса. Увидев окровавленное лицо, какая-то молодая хозяйка, выплескивавшая воду из медного таза в канаву, громко ахнула. Женщина запричитала, и на шум из двери дома высунулся мужчина. Шедший мимо прохожий остановился, с любопытством уставился на раненого. Мужчина и женщина с тазом поинтересовались у фон Вернера, что случилось. Узнав о нападении, предложили помощь.

Вытащив из дома табурет, мужчина усадил раненого, а его жена принесла теплую воду, полоску чистой холстины. От соседних домов подошли несколько любопытствующих. Посыпались расспросы, но стрелок был занят перевязкой, а толстяк стонал и делал вид, что не слышит. Кто-то предложил послать за стражей, но попавший в переделку бюргер воспротивился.

— Зачем? — он безнадежно махнул рукой. — Слава богу, украсть ничего не успели. Хорошо, что господин стрелок шел мимо, увидел злодеев и спас меня.

— Да никого наши "караси" не задержат, — фыркнул бородатый мужчина в кожаном фартуке. — Только знают, что пьяных в кутузку таскать. А с ворьем связываться ни-ни! Даже нос боятся сунуть туда, — он глянул в сторону моста. — Скоро людишек средь бела дня резать начнут…

— Да вон, — бесцеремонно ткнула пальцем в раненого толстуха с волосами, прикрытыми вдовьим чепцом, — уже режут. Не жизнь, а страх один.

— И не говорите, фру Герта, — вздохнула принесшая материал для перевязки хозяйка. — Хорошо, что господин военный не испугался.

— А чего ему бояться, — хмыкнул молчавший до сих пор прохожий. — Он — человек бывалый! Видите герб у него на берете? — говоривший обвел собравшихся торжествующим взглядом. — Это герб самого Герцога, — заявил он таким тоном, будто сам служил в полку по меньшей мере лейтенантом. — Человек в Последнем походе участвовал. Ветеран! Ему наше ворье на одну ладонь положить, другой прихлопнуть.