Он протянул к Народному руку, и в его движении была надменность. Но прежде чем он смог ее опустить, кольцо зеленого пламени охватило руку у плеча. Оно вылетело из маленького предмета в руке Народного, как брошенное лассо. Рука робота, отрезанная, со звоном упала на пол. Робот недоверчиво смотрел на нее, потом протянул остальные три, чтобы поднять отрезанную. Их опять окружило зеленое пламя, отрезав заодно и ноги у второго соединения. Робот упал вперед, крича что-то остальным высоким голосом.

Зеленое пламя быстро поиграло среди них. Безногие, безрукие, некоторые безголовые, все роботы, кроме двух, упали.

- Двух достаточно, - сказал Народный. - Но руки им не нужны, только ноги.

Сверкающие зеленые браслеты охватили руки роботов и отрезали их. Роботов увели. Тела остальных были разобраны, изучены, и под руководством Народного были проведены разнообразные эксперименты. Музыка заполнила пещеры, странные аккорды, необычные прогрессии, рассыпающиеся арпеджио и грандиозные вибрации звуков, которые не могло воспринять человеческое ухо. И наконец последняя вибрация стала слышна как глубокое гудение, она поднималась все выше и выше в урагане хрустальных хрупких нот, потом опускалась, снова переходила в резкий высокий писк, и снова продолжалась неслышимой, как прелюдия к гудению. И снова назад, вернулись писк и хрустальная буря, снова гудение и тишина, и опять и опять.

Разбитые тела роботов задрожали, как будто каждый их атом ускорил, усилил свое движение. Музыка взлетала вверх, опускалась - снова и снова. И закончилась неожиданно, на одной сокрушительной ноте. Разбитые тела перестали дрожать. В их металле появились звездообразные трещины. Снова прозвучала нота, и трещины расширились. Металл раскалывался.

Народный сказал:

- Ну, что ж, мы нашли частоту, соответствующую ритму роботов. Разрушительную гармонию. Надеюсь ради блага внешнего мира, что эта частота не совпадает с частотой их зданий и сооружений. Но в конце концов в любой войне жертвы должны быть с обеих сторон.