Про небольшую, но неустранимую проблему в процессе клонирования Гилад был наслышан. С ней столкнулись еще на ранних стадиях работы: постоянная умственная и эмоциональная нестабильность при попытке ускоренно вырастить клон. От эпохи Войны клонов осталось не слишком много научных документов и записей, но любопытный по молодости лет Гилад прочитал тогда все, что сумел отыскать, и наткнулся на мнение, что ни один клон, чей полный цикл взросления составляет меньше года, не будет достаточно стабилен, чтобы выжить вне рамок абсолютного контроля.

Учитывая волну разрушений, прокатившуюся по Галактике, Пеллаэон всегда полагал, что клонеры со временем нашли хотя бы частичное решение проблемы. Определили они причину приступов помешательства или нет — вопрос второй.

Вполне вероятно, что Траун будет первым, кто на него ответит.

— Что ж, Гранд адмирал Траун, — вдруг смирился К'баот, — я даю вам еще один шанс, но предупреждаю: это ваш последний шанс. В конце концов, я сам займусь этим делом.

Глаза под клочковатыми бровями злобно сверкали.

— И предупреждаю еще: не сумеете справиться даже с такой малостью, я подумаю, что вы не достойны возглавлять армию моей Империи.

Траун умел сверкать глазами не хуже, а то и получше магистра, но чисс лишь слегка наклонил голову.

— Я принимаю ваш вызов, магистр К'баот.

— Вот и чудненько, — старик аккуратно разместил себя в кресле и смежил веки. — А теперь оставьте меня, Гранд адмирал Траун. Я желаю медитировать в спокойствии и тишине. Я буду планировать светлое будущее для моих джедаев.

Некоторое время Траун, не мигая, разглядывал магистра и молчал. Потом перевел взгляд на Пеллаэона.

— Пойдемте на мостик, капитан, — неожиданно мягко произнес он. — Я хочу, чтобы вы присмотрели за организацией обороны Юкио.