- Мне нужно попрощаться.

Он перевел взгляд на девочку. Потом говорит:

- Ладно.

Я девчонку прижал, она -- раскаленная. Как уголек. Вернее, мне так с холоду почудилось. Морковка "дулю" выплюнула и проснулась. Смотрит на меня. Глаза серые, рожица серьезная.

- Гу, - говорит.

Потом выгибаться начала. Потому что я-то холодный.

Я говорю:

- Цок, цок, лошадка! - она улыбается. Взял морковку и подкинул вверх. И еще раз. Она смеется. Я даже согреваться начал. Потом прижал девчонку к себе. От нее тепло и молоком пахнет.

- Ты наша принцесса, - говорю. У капрала такое лицо сделалось, словно он луком подавился.

И тут морковка описалась. Вообще горячо стало. Я даже глаза зажмурил. Стоим, греемся...

Капрал сказал:

- Ну все, пора.

Я глаза открыл, говорю:

- Еще одно. Сейчас я скажу дочери пару слов, а вы все отойдите.

Капрал подумал немного и говорит:

- Ладно.

- Анна-Фредерика! - говорю я громко. Чтобы они разобрали. - Слушай мое завещание...

И перешёл на шепот.

Она слушает и будто все понимает. Как большая. На левой щеке - грязное пятно. Это я рукой задел, когда обнимал.

Потом я девчонку последний раз поцеловал и говорю:

- Мы готовы.

Потому что я не знаю -- зачем князь это сделал. Если, конечно, это был он. Его люди. Они не сказали.

С этими всегда так. Забывают представиться. Профессиональная этика. Что-то вроде "кодекса наемного убийцы".

Мне до ямы шагов десять. Или восемь - если не мельчить.

Я огляделся. Один из тех, что надо мной смеялись, у ямы встал и на меч опирается. Другой траву в мешок напихивает. Это чтобы моей голове там помягче было.

- Опять все в последний момент, - говорю, - да?

Капрал дернул щекой:

- И не говори. Оболтусы.

Тут морковка на руках заворочалась. Кулачками глаза трет и куксится. Такое ощущение, что сейчас заплачет.