«Да, в квартиру не пробраться, правильно я решила, что следует искать другой вариант», – подумала Жильцова.

Она поднялась на самую последнюю площадку, где квартир уже не было и имелась лишь одна дверь, обитая листовой жестью. За ней слышалось воркование голубей и свист ветра – там был чердак. В дверной пробой был просунут сварочный загнутый электрод, так что запор был чисто символическим.

Светлана легко раскрутила проволоку и заглянула на чердак. Там царил полумрак. От скрипа двери несколько сонных голубей вспорхнули и вылетели в слуховое окно. Перо, оброненное одной из птиц, вращаясь, спланировало вниз, а затем, подхваченное сквозняком, исчезло в темноте. Осмотр Светлану удовлетворил. Именно так она представляла дом. Если что, можно будет выбраться на чердак и по нему перейти в соседний подъезд. И уж в самом крайнем случае – воспользоваться пожарной лестницей. Что таковая имеется, она заприметила, входя во двор.

Теперь можно было спускаться. Единственное, что предстояло выяснить, так это код замка на подъезде.

Имелся и другой путь – сломать замок, за день его вряд ли починят. Но этим можно было привлечь к себе лишнее внимание. Если человек ожидает нападения, его может насторожить любая мелочь, поэтому пусть все остается так, как было прежде.

Светлана вышла из подъезда, защелкнула дверь и села на лавочку у самого подъезда. Можно было подумать, что она ожидает кого-то из жильцов – к кому-то пришла, а того не оказалось дома. Ждать ей пришлось недолго – минут пять-десять. У подъезда появился парнишка лет двенадцати-тринадцати с рюкзаком за плечами в специально прорезанных на коленях джинсах. Может, это был Сашка-мудак, а может, и Колька-козел долбанный. Светлана насторожилась. Парнишка остановился около двери и ударил в нее ногой, проверяя, открыта она или закрыта. Затем удосужился вытащить руки из карманов и посмотрел на небо, словно там были написаны цифры кода. На Светлану он не обращал никакого внимания, будто бы той не существовало: для него она была древней старухой..