Малко терялся в догадках. Шлюха или связная? Она, конечно, могла наблюдать за ним из отеля через решетчатые ставни и видеть, что он ничем не занят. Ее присутствие рисковало стать помехой. Он спросил ее по-английски:

— Вы меня ждали?

Она ответила фразой на арабском языке. Малко не понял. Ее английский, казалось, сводился лишь к словам «да» и «нет». И то она их путала... Он показал ей на стакан, но она жестом отказалась. По всей видимости, она нервничала и непрестанно поворачивала голову, чтобы взглянуть наружу. Наконец она поднялась и направилась к боковой двери отеля. Перед тем, как войти в него, она обернулась и бросила на Малко приглашающий взгляд. Он сказал себе, что не может отказаться. Вряд ли его похитят в центре Хартума... Во всяком случае, пистолет позволял ему рисковать.

Он вошел в отель. Девица ожидала его в коридоре. Она поднялась по лестнице. Здесь стояла удушающая жара. На втором этаже она толкнула дверь, и Малко проник вслед за ней в небольшую прохладную комнату. Девица закрыла дверь и повернулась к нему с улыбкой, которая могла означать что угодно.

— У меня есть послание для Хабиба Котто, — сказал Малко.

Это имя вызвало в ее черных глазах какой-то отсвет, но она ничего не сказала. Девица отступила к кровати, села на нее и сказала:

— Букраа.

Наконец какая-то зацепка. Она подняла левую руку, согнув большой палец.

— Арбаа... Асср.

Встреча завтра в четыре часа. Дело продвинулось.

— Здесь? В отеле «Канари»?

Она отрицательно покачала головой, затем медленно проговорила:

— Омдурман. Дервиш.

Малко старался понять. Омдурман был близнецом Хартума, городом-спальней. Но «дервиш»? Видимо, девица не ожидала, что придет кто-то не знающий арабского. Она повторила еще раз:

— Букраа. Асср. Омдурман. Дервиш.

Больше из нее ничего нельзя было вытянуть.

— Спасибо, — сказал Малко. — Шокран.

Она улыбнулась и протянула руку.