— Совет занят похоронами и выборами.

Везде беспорядок — что и хорошо, и плохо.

Я знала о всей подготовке, наблюдая за Лиссой.

Я видела, что хаос уже назревает.

Найти какие-то улики в этой путанице будет не просто сложно.

Практически невозможно.

Две недели.

Две недели и я могу быть мертва.

— Я не могу, — сказала я Эйбу упавшим голосом.

— Я не хочу умереть таким образом.

— Да? — Он поднял брови.

— Ты знаешь, как должна умереть?

— В бою

Одна слеза потекла по щеке и я поспешно вытерла ее.

Я шла по жизни, всегда четко зная это.

Я не хочу такой смерти, не сейчас, когда это имеет слишком большое значение.

— В сражении.

Защищая тех, кого люблю.

Не… не посредством чьего-то запланированного плана.

— Это тоже своего рода борьба, — размышлял он.

— Просто не физическая.

Две недели, еще две недели.

Это плохо? Да.

Но это лучше, чем одна неделя.

И нет ничего невозможного.

Может, появятся новые улики.

Ты просто должна подождать и увидишь.

— Я ненавижу ждать.

Эта комната… она такая маленькая.

Я не могу дышать.

Она убьет меня прежде, чем палач это сделает.

— Я очень сомневаюсь в этом.

Выражение Эйба оставалось холодным, без признаков сочувствия.

Жесткая любовь.

— Ты бесстрашно сражалась с группой стригоев, а маленькую комнату выдержать не можешь?

— Дело не только в этом! Теперь мне придется ждать в этой дыре, зная, что часы тикают и остановить их нельзя.

Иногда наши силы лучше испытываются в ситуациях где нет очевидной опасности.

Иногда выжить бывает сложнее всего.

Ох, Нет.

Я стала ходить, нарезая маленькие круги в камере.