- В городе ожидают штурма, - говорила Хрисида. - Возможно, войска Октавиана ворвутся в него нынче утром... - Почему, в таком случае, царица до сих пор находится во дворце? недоуменно воскликнул Пертинакс. Но тут Хрисида сказала: "Тс-с!" и приложила палец к губам. - Только не так громко, - прошептала она. - Нас могут услышать... Антоний считает бегство унизительным, он скорее броситься на меч, чем даст повод Октавиану - своему заклятому врагу - обвинить себя в трусости... Он вбил себе в голову, что Клеопатра, которую он считает своей женой, должна разделить его участь. Он даже дал приказ одному из своих приближенных заколоть царицу, если она попытается бежать... - Я расправлюсь с этим человеком и царица беспрепятственно покинет дворец! - сказал Пертинакс, обнажая меч. - К сожалению, мы не знаем, кто он, знаем только, что Антоний отдал такой приказ... В узкой сводчатой галерее Хрисида зажгла свечу. Они двинулись дальше, и по кирпичной стене поплыли их громадные тени. Неожиданно Хрисида остановилась и знаком велела Пертинаксу затаиться. Рукой она прикрыла огонек свечи. Пертинакс, выглянув из - за ее плеча, увидел справа крутые ступени и узкий ход, спускавшийся в просторное помещение, где горели факелы и суетились воины. С громкой руганью и проклятиями они тащили какие - то массивные, обитые бронзой сундуки. - Дай мне еще раз полюбоваться на золото, Крисп! - захохотав, воскликнул один из них. - Неужели это все наше? - Наше, Тересий, наше, - отвечал ему другой легионер. - Но только если узнают, что из - за него мы убили двух своих центурионов и еще пяток начальников, отправленных Антонием за этими сокровищами, то болтаться нам с тобой на кресте! - Это сокровище Птолемаидов... - в волнении прошептала Хрисида. - Солдаты выносят их из тайника... - Они не солдаты, а мародеры, - тоже шепотом отозвался Пертинакс. - Ты слышала, они убили своих командиров... - Я знаю местечко, где эти сундуки можно надежно спрятать, - продолжал Крисп.