Крепко прижимая раненую руку к груди, Картр прошел по коридору в сопровождении Рольтха, которому пришлось надеть очки. Луч света из обычного фонаря, зажатого в здоровой руке сержанта, казался Рольтху ослепительным. Зинга и Филх шли сзади. Как заметил Картр, они успели вооружиться переносным огнеметом, чтобы вскрыть дверь.

Но даже с помощью огнемета понадобилось не менее десяти минут чтобы вырезать замок. И, хотя эта работа сопровождалась грохотом, изнутри не было слышно ни звука. Картр, внутренне напрягшись, первым еле протиснулся в отсек. Достаточно было одного взгляда, чтобы попятиться, чувствуя тошноту и головокружение. Остальные, увидев его лицо, ни о чем не спрашивали.

Когда он, борясь с тошнотой, прислонился к изуродованной двери, они услышали громыхание, доносившееся из хвостового отсека.

— Кто?

Ответил Филх:

— Вооружение и припасы… Там должны быть Джексен, Котт, Спин и Дальгр. Он перечислил названных на своих когтистых пальцах.

— Да?

Картр уже вел спасательный отряд по направлению к звуку.

Снова пришлось применить огнемет. Потом пришлось ждать, пока металл остынет. И вот появились трое людей в синяках, в изодранной одежде.

Джексен! Да, Картр готов был заложить годовое жалованье за то, что этот крепкий жилистый патрульный, офицер по вооружению, выживет. А так же Спин и Дальгр.

Джексен заговорил, не успев встать на ноги:

— Наше положение?

— Смит цел. Командор ранен в голову. У Мириона тяжелые ранения. Остальные…, — Картр развел руки жестом своего детства, одним из тех жестов, которые он тщательно подавлял за годы службы.

— Корабль?

— Я рейнджер, а не техник. Может быть, на этот вопрос лучше ответит Смит.

Джексен почесал щетину на подбородке. У него был порван правый рукав, на руке — глубокая царапина. Он смотрел на рейнджеров. Вероятно, подсчитывал потери. Если «Звездное пламя» сможет снова функционировать, то только благодаря решительности и энергии Джексена.