— Он оставил письмо?

— Нет. Мы уже были готовы поверить в самоубийство, но...

Браддок прикурил сигарету, глубоко затянулся, а потом с силой выдохнул дым.

— Но что?

— Так вот, Винтерс был холостяком. Он жил со своей племянницей. Она обнаружила труп и...

— А почему ты подозреваешь Болана? Что у тебя «во-вторых»?

— Сначала отвечу на вторую часть твоего вопроса, это проще. Кто-то увел кейс с грязными долларами, который незадолго до того привез курьер из Лас-Вегаса. Примечательно то, что кейс пропал через несколько часов после смерти Винтерса. Об этом нам сообщил по телефону один из наших сотрудников, внедренный в Организацию. Он сказал, что у Бена Люкази сдают нервы и он отовсюду созывает к себе наемных убийц. Наш человек не все смог узнать, но он говорит, что без Болана здесь не обошлось.

— Ну да, — сказал Браддок, — отнимать у мафии денежки — его любимое развлечение. Это все?

— Все.

— Хорошо, вернемся к первому вопросу. Как мне кажется, ты склонен думать, что Винтерса убили. Племянница под подозрением?

— Конечно, нет. А вот Болан — да.

Браддок вздохнул.

— О'кей, рассказывай.

— Сначала несколько подробностей. Вилла Винтерса находится в Дель Map. Ты знаешь это место. Половина его участка с парком тянется вдоль крутого берега над океаном. С пляжа можно подняться наверх только на лифте, который управляется из дома. Значит, никто не может попасть в дом без приглашения.

— Понятно, но ведь Дель Map — не твой район, верно?

— Вообще-то нет. Но нас позвали для обычной проверки и... Так вот... Слушай, Тим, если Болан действует между Тихуаной и Лос-Анджелесом, то тут уже не может быть речи о районе ответственности.

Браддок засмеялся.

— Верно сказано, Джон. Добро пожаловать в наш клуб!