Основное различие между двумя мужчинами проявилось в тот момент, когда человек-птица появился над ними из тумана. Первым побуждением Майка было убить, первым побуждением Алана – предотвратить убийство.

Сэр Колин нагнулся и поднял упавший пистолет. Майк вскочил, по-кошачьи встряхнулся и принял боевую стойку, но Карен преградила ему путь.

– Подожди, – сказала она, положив руку ему на плечо. – Дрейк прав. Неизвестно, кого мог бы привлечь звук выстрела. А эти крылатые летуны – что мы знаем о них? Они могут быть… к примеру, чьей-то собственностью. А если их владелец еще меньше похож на человека, чем они?

– Я всего лишь хотел подстрелить эту тварь, – отрезал Майк. – Какого черта, разве за птицей уследишь? Она могла бы привести нас к еде, если бы мы сшибли ее на землю.

– Нам не следует заводить врагов, прежде чем мы не узнаем их силу, – наставительно сказала Карен.

– Теперь нам нужно держаться всем вместе, – вставил сэр Колин. – Иначе у нас не будет никаких шансов. Нам нельзя ссориться, парень. Понятно?

Майк пожал плечами. Правильные черты его лица на мгновение исказились в злобной гримасе..

– Я больше не повернусь к тебе спиной, Дрейк, – пообещал он. – Мы решим наш спор позже, но не сомневайся: я этого не забуду.

– Как хочешь, – безразлично отозвался Алан.

Становилось все холоднее. На землю опускалась ночь, но даже ветер казался безжизненным. На небе появились странные созвездия; лишь Млечный Путь казался знакомым. Алан неожиданно подумал, что свет некоторых звезд шел сюда с того самого момента, когда они навеки покинули свой родной мир, чтобы встретить их здесь, в месте невообразимого рандеву, где последние крохи Времени исчезали из рассыпающегося мира.

Появление луны немного приободрило их. Огромный бледный диск, печальный и до боли прекрасный, величественно плыл над миром, погруженным во тьму.