«Во всяком случае, меньшей, чем твоя страсть к нему», — подумал Генрих, услышав, как дрогнул ее голос от внутренней боли.

Анна встала.

— Не знаю, поможет ли вам мое признание, но я облегчила свою душу. Прошу вас, не рассказывайте Аркадию о моем приходе. Я искренне его люблю, поверьте. Ему было бы очень больно, если бы он узнал, что я призналась вам в своем отношении к Фреду. Но я не хочу огорчать его.

— Аркадий не узнает о нашем разговоре, — заверил Рой, провожая Анну до дверей.

Когда дверь закрылась, Генрих возбужденно воскликнул:

— Рой, немедленно пригласи Аркадия. С ним нужно говорить!

— Нужно ли? — с сомнением переспросил Рой. — Мы дали Анне слово...

Генрих нетерпеливо махнул рукой.

— Все твои обещания будут выполнены! На этот раз я сам буду разговаривать с ним. И речь пойдет только о нем и его поступках, а не о чувствах Анны.

Рой вызвал Аркадия. Энергетик экспедиции явился через минуту.

— Простите, что мы снова отрываем вас от дела, — начал Генрих. — Нужно выяснить одно важное обстоятельство. Можете ли вы самым точным образом вспомнить, что вы делали, когда возвратились в генераторную после ссоры с Фредом?

Аркадий пожал плечами. Нет ничего проще, чем вспомнить, что он делал тогда. Он ничего не делал. Он сидел перед пультом такой обессиленный, что даже трудно было руку поднять. Он бессмысленно смотрел на схемы управления механизмами и размышлял о разных вещах. В мыслях он продолжал нападать на Фреда, даже завязал с ним драку, повалил его — в общем, расправился. Мстительные мечты вскоре угасли, ни одна не превратилась в поступок. И не потому, что он побаивался сдачи — с Фредом любая драка могла обернуться плохо, — нет, просто одно дело обидчивое воображение, другое — реальное действие.

— У меня с детства стремление рисовать себе всякие картины, — признался энергетик. — Если мама меня наказывала, я воображал, что умер от горя, а мать, раскаиваясь, убивается надо мной. А если ссорился с товарищем, то в мыслях жестоко мстил, и картина воображаемой мести быстро успокаивала меня... К. сожалению, я и сейчас не отделался от этой детской привычки.