– Ай да хитрец! Значит, ты специально подстроил эту штуку с сапогом, чтобы притормозить меня.

Лицо Сухмета стало удивленным.

– А мне казалось, господин мой, что я хорошо спрятал свои мысли.

Лотар снял налобник, выкованный из темной бронзы, провел рукой по коротким волосам.

– А я не мысли прочитал. Просто на разошедшемся шве остался след твоей магии.

Сухмет внимательно, сузившимися глазами посмотрел на свой сапог.

– Здорово. Нет, в самом деле, здорово. Ты почувствовал след, который не могу, при всем желании, почувствовать даже я. Кажется, зря я говорил…

Внезапно стало тихо, очень тихо. Так тихо, что Лотар вскочил на ноги и схватился за кинжал. Впрочем, больше он ничего не предпринимал, потому что ничего и не случилось.

– Вот так-то, – сказал наконец Сухмет. – А мы летели вперед, как пришпоренные.

– Что это было? – Кто-то умер.

– Скорее что-то. Нечто со слабой аурой, похожее на неодушевленный предмет…

– Но не животное.

Лотар снова протянул вперед свое восприятие, как нежнейший цветок, и вдруг все понял.

– Это была птица. Она погибла на лету. Как это может быть? Она кружила довольно низко, но ничто не убивает так, как погибла она… Словно ее мгновенно что-то задушило.

Сухмет вздохнул:

– Теперь у нас есть ответ – капкан не снят. Он так же готов действовать, как прежде.

Лотар посмотрел на перевал, разрезавший черные горы, и прикусил губу. Теперь настороженность изменила, кажется, сам цвет его светло-серых глаз – они стали темнее.

Когда они пошли дальше, Лотар попытался объяснить:

– Понимаешь, мне все время кажется, что здесь нам не придется очень уж трудно работать. – Он еще раз провел рукой по волосам и надел налобник. – По-моему, наши противники затеяли дело, которое им не по плечу.

– А кто наши противники? – живо спросил Сухмет.