— Валяй… сообщай… — усмехнулся Эстен Джальн. — Вряд ли меня ждет что-то меньшее, чем казнь через распыление…

— Ты будешь подвергнут казни через распыление личности, догадливый ученик Джальн, — довольным тоном сообщил Старший Магистр Ксаул. — Тебя казнят завтра. На рассвете.

— Как… на рассвете… — Эстен Джальн уставил на собеседника ошарашенные, неверящие глаза. — Ты лжешь, Ксаул! Так просто не бывает! Так даже учеников не казнят.

— На рассвете, — повторил Ксаул. Ему было трудно сохранять достойный вид и важную осанку: очень уж хотелось пуститься в пляс.

— Я что — первый такой… — Эстен Джальн тяжело помотал головой. — Что, никогда покушений и заговоров не было? Ведь были… И всех казнили, как положено — на закате. Всех на закате казнили… — повторил он. — Я — черный маг, в конце концов… Никто не может лишить меня права умереть на закате. Право Заката — священно! Иди и передай им… Я — согласен хоть сегодня!

— Я ничего им не передам, Эсти… — улыбка Ксаула была такой торжествующе-недоброй, что Эстен Джальн все понял.

— Это ты подстроил? — упавшим голосом спросил он.

Не отвечая, продолжая улыбаться, Ксаул кивнул.

— Но… Право Заката священно, даже если казнят только что принятого в Орден ученика, — почти робко произнес Джальн. — Нарушая законы нашего Ордена…

— А покушение на Архимага — это не нарушение Закона? — вопросом на вопрос ответил Ксаул. — Такие, как ты, сами нарушая Закон, всегда надеются, что с ними то поступят согласно Закону. Мы решили изменить это прискорбное положение вещей.

— Мы?

— Ну, разумеется. Его Милость, господин Архимаг, как всегда, выдал гениальную идею и приказал мне заняться ее воплощением. Я немного поработал, и в результате в Уставе и Законе нашего Ордена появились небольшие такие исключения. Так сказать, Правила Для Особых Случаев. Вот как сейчас, например.