— Молодец, вице-канцлер, вы не просто государственный деятель, но и стратег, как я погляжу, предлагаете Империи развязать еще одну войну в то время, когда Людовик того и гляди перейдет в контрнаступление? Страна не выдержит новой затяжной кампании, вы должны знать об этом. В чем дело? Неужели вас подкупили враги короны, и вы специально предлагаете начать заведомо проигранную войну?

Карл встал и подошел к разноцветному мозаичному окну, взгляд императора выделил в многообразии парка многовековой дуб, раскинувший ветви в стороны. Он походил на империю Габсбургов: такой же мощный и старый, но в тоже время уязвимый для короедов и прочей мелкой погани. Хотя ветви дерева раскинулись далеко в стороны, но без ствола они – всего лишь дрова, как, впрочем, и большинство провинций империи Габсбургов без Австрии.

— Позвольте объяснить причины подобного заявления, ваше императорское величество, — вице-канцлер немного пришел в себя – он "плавал" не первый год при дворе и научился лавировать в, казалось бы, безнадежных ситуациях. Здесь ведь как – не умеешь интриговать, значит, в скором времени вылетишь в глухую провинцию доживать свой век.

— Попытайся, голубчик, а я посмотрю, насколько интересны доводы, в противном случае, Гельмут, нам придется продолжить эту душещипательную беседу в одной из камер дворцовой тюрьмы, — блеснув глазами, император злорадно улыбнулся.

Пальцы Карла нервно теребили края пурпурной мантии. вице-канцлер поправил манжеты на рукавах, после чего сделал пару шагов вперед и негромким голосом сказал:

— Дело в том, ваше императорское величество, что султан сейчас не сможет воевать с нами. Новый царь России нанес турецким войскам два крупных поражения, турки просто не успеют собрать новую армию и отбить нападение. так что, если отдать часть "лишних" завоеванных земель, то воевать с нами султан не станет – он против России-то не может выстоять, а если к русским присоединятся и наши полки…