Миссис Гавин поспешила ему на помощь и быстро все убрала.

— Ничего страшного. Вы так закричали, что я решила, будто вы порезали горло. Вы не могли бы чуть подвинуться, мистер Рейни?

Он подвинулся, и первым делом она взяла со стойки рукопись и сунула ему в руки. Листы совсем не пострадали — вода потекла мимо. Когда-то у него было довольно неплохое чувство юмора — во всяком случае, Морт так считал, но сейчас, взглянув на пачку бумаг у себя в руках, он лишь скривился в кислой гримасе. «Прямо сказка про белого бычка», — подумал он.

— Если вы хотели испортить ее, — заметила миссис Гавин, кивая на рукопись и доставая из-под раковины тряпку, — то вы были на верном пути.

— Она не моя, — резко ответил Морт и тут же понял, как смешно это прозвучало.

Вчера, когда уже протянул руку, чтобы взять рассказ у того человека, он подумал о том, как велика сила внушения. Очевидно, это относится ко всем чувствам человека, потому как первое, что Морт ощутил, прочитав эти четыре предложения, было чувство вины… А разве не это пытался вызвать в нем Шутер (если это, конечно, его настоящее имя)? Вы украли мой рассказ, сказал он. А вор должен мучиться угрызениями совести.

— Вы позволите, мистер Рейни? — спросила миссис Гавин, держа в руках тряпку.

Он отошел, чтобы помощница по дому могла убрать пролитую воду.

— Она не моя, — повторил Морт, намереваясь все-таки донести этот факт до ее сознания.

— Да, да, — сказала миссис Гавин, вытирая лужи на стойке и отходя к раковине, чтобы выжать тряпку. — Похоже, что действительно не ваша.

— Здесь написано, что ее автор — Джон Шутер, — объяснил Морт, снова перекладывая титульный лист наверх. — Видите?

Она соблаговолила взглянуть из вежливости на титульный лист и принялась протирать дверцу шкафа.