- Ни в коем случае! Спархок взвивается до небес, когда Элане грозит опасность. Пускай вначале благополучно доставит войско в Материон, а уж потом бушует, сколько угодно.

- Но...

- Нет, Сефрения. Он скоро сам все узнает, но прежде пусть уведет отсюда людей. У нас осталось не больше недели до того, как солнце совсем зайдет, и все и вся в этих местах превратится в лед.

- Пожалуй, ты права, - сдалась Сефрения. На миг она задумалась, рассеянно глядя на посеребренный инеем лес на границе луга. - Думается мне, что слово "заложница" объясняет все. Можешь ты как-нибудь определить, где сейчас твоя мама?

Афраэль покачала головой.

- Не смогу, не подвергнув ее опасности. Если я начну рыскать повсюду и разнюхивать, что к чему, Киргон мгновенно поймет, что я подбираюсь к его замыслам, и что-нибудь сделает маме прежде, чем начнет соображать. Сейчас наша главная цель - не дать Спархоку сойти с ума, когда он узнает, что произошло. Она вдруг осеклась, ахнула, и ее темные глаза расширились.

- В чем дело? - встревоженно спросила Сефрения. - Что происходит?

- Не знаю! - почти крикнула Афраэль. - Что-то чудовищное!

Мгновение она дико озиралась, затем взяла себя в руки и наморщила лоб, сосредоточиваясь. Затем ее глаза гневно сузились.

- Кто-то произносит запрещенное заклятье, - наконец проговорила она. Голос ее был тверд, как промороженная почва.

- Ты уверена?

- Совершенно уверена. Самый воздух пропитан его вонью.

Джарьян-некромант и сам смахивал на оживший труп - тощий как скелет стирик с глубоко запавшими глазами. От него исходил затхлый смрад могилы. Как и других пленных стириков, его заковали в цепи и поместили под бдительную охрану рыцарей церкви, искушенных в отражении стирикских заклятий.

Стылые давящие сумерки опускались на лагерь неподалеку от развалин Тзады, когда Спархок и его друзья наконец решили допросить пленников. Тролли-Боги твердой рукой укротили своих приверженцев, когда оргия насыщения на поле боя вдруг прекратилась, и теперь тролли сгрудились на лугу у большого костра, в нескольких милях от лагеря. Судя по всему, они были заняты отправлением какого-то религиозного обряда.