— Граждане пассажиры приготовьте билеты для проверки, — и все сразу засуетились, доставая, кто проездные, кто билеты, а кто деньги, чтобы успеть заплатить за проезд.

Я смотрел в окно и продолжал размышлять.

— Так что же происходит. Выходит то, что привиделось мне, не сон? Тогда что это, наваждение? А может это вещий сон? Только уж больно реальный и слишком затянувшийся.

Резкий трамвайный перезвон отвлек меня от размышлений, а голос водителя, объявившего о том, что следующая остановка «улица Костюкова», напомнил мне, что скоро выходить. Я поднялся и направился к выходу, чтобы в задумчивости не пропустить свою остановку.

Когда трамвай остановился, я вышел и прежде чем пойти к Славке, присел в соседнем дворе на лавочку. Я сосредоточился на том, чтобы вспомнить, что произойдет, когда мы встретимся, но как ни пытался, ничего вспомнить не смог.

— Значит, что-то я помню, а что-то нет. Странно и непонятно. И вообще, что со мной происходит? Я отчетливо помнил последние часы той, будущей жизни, вплоть до того момента, когда, держа книгу в руках, лег на диван. Мог рассказать о событиях, которые произойдут в стране и мире, не всегда правильно, без точных чисел и дат, а то и вовсе перепутать хронологическую последовательность прошедших событий, да это и понятно. Вряд ли кто-то точно помнит события десятилетней, а уж двадцатилетней давности и подавно. Вспоминались отдельные эпизоды из собственной жизни, какие-то обрывки событий, встреч, разговоров, все всплывало в памяти и словно в кадрах кинохроники, мелькали перед глазами. Я обхватил голову руками, не понимая, что происходит. Было одновременно и страшно и непонятно. Я продолжал сидеть, держась руками за голову.

— Молодой человек, Вам плохо?

— Что? — испуганно ответил я и, подняв голову. Передо мной стояла пожилая женщина, с маленькой собачкой на поводке.