Она вышла в сопровождении толстого человека в тенниске. Он подхватил чемоданы и отвел ее к седьмой двери на углу постройки. Даже с такого расстояния Люси казалась неестественно скованной от напряжения.
Я въехал во двор и остановился перед офисом. Это была мрачная комната, разделенная надвое невысокой раскрашенной деревянной перегородкой. У двери стояла потертая брезентовая кушетка. По другую сторону перегородки находилось заваленное бумагами бюро, неубранный диван-кровать, и надо всем этим господствовал кислый запах кофе, исходящий из электрической кофеварки, полной зерен. Грязная карточка, висящая на перегородке, гласила:
«Мы оставляем за собой право выбора клиентуры».
Глава 4
Толстый мужчина вернулся в офис, его живот вздувался над тенниской. Татуировка на его предплечьях напоминала клеймо на говядине. Одна из них, на правой руке, заявляла: «Я люблю Этель», а его маленькие глазки утверждали: «Я не люблю никого».
– Свободные места есть?
– Шутите? Чего у нас полно, так это свободных мест.
Он оглядел свой офис, будто подозревая, что что-то здесь не в порядке, но не мог понять, что именно.
– Хотите снять комнату?
– Номер шесть, если она свободна.
– Она занята.
– А как насчет номера восемь?
– Восьмой можно.
Он подошел к столу за регистрационным бланком и бросил его на стойку.
– Путешествуете?
– Угу.
Я неразборчиво нацарапал свое имя, опустив номер лицензии и домашний адрес.
– Жарко сегодня.
– Пустяки. Тридцати восьми не будет. Были бы вы здесь в первых числах. Подскочила почти до сорока трех. Вот почему мало туристов. Половина комнат пустует.
Я заплатил за комнату и попросил разрешения позвонить.
– Междугородный? – подозрительно прохрипел он.
– Местный. Лично, если не возражаете.