Эрайю оставалось только удивляться. Он, выросший вдали от больших городов и половину своей жизни проведший в седле, впервые встретил достойного соперника, впрочем, как и его хогрунд.

— Ты хорошо держишься в седле, — бросил Эрай, подводя своего хогрунда почти вплотную к скакуну Ай.

— Нас в храме обучают не только о своих кардах заботится. — Голос хранительницы приглушен маской и в нем явно слышаться нотки плохо скрываемого пренебрежения.

Эрай только мысленно вздохнул, но постарался не обращать на это внимания. Действительно, девушку можно понять. Она как всякая юная дева ждала своего первого карда, надеясь, что ей придется хранить умудренного опытом героя, а в результате приходиться ехать практически с мальчишкой, да еще исполнять все его прихоти. И теперь ее потомство ждет незавидная участь защитниц низших классов, что поддерживают обычных бойцов во время военных походов. Хотя с другой стороны, он ведь может, да почему может!! Он вернется из этого похода героем, о котором будут слагать легенды, и тогда она будет смотреть на него по-другому.

Молодой кард мотнул головой. Что за бред!! Какое ему дело да какой-то там хранительницы, которая возможно падет в первом же походе, послужив живым щитом и уж тем более ему нет дела до ее потомства. Его дома ждет прекрасная Кардил, которая в следующем сезоне уже вступит в пору своей зрелости и родит ему чудесных сыновей и дочерей. А этот поход принесете ему славу и почет, позволив встать в один ряд с величайшими героями его народа.

— Мой господин, впереди всадник, — голос хранительницы вывел его из задумчивости.

И правда, впереди на дороге маячила фигура одинокого всадника. Эрай подобрал поводья хогрунда, заставив его перейти с легкого бега на спокойный шаг, и снял с крюка притороченный к седлу щит.

— Позволит ли мне заметить благородный кард, но я считаю, что сейчас не разумно будет вступать в вызывные схватки.