* * *
Как ни парадоксально, но пустот под Москвой не меньше, чем твердого грунта. "Досужие" и не всегда далекие от истины журналисты первыми изучили этот факт и сравнили "подошву" столицы с куском швейцарского сыра. Метро, канализация, коридоры линий связи, огромные складские помещения, подъездные линии овощных баз и складов стратегического резерва, "заглубленные" командные пункты, специальные туннели, многоэтажные города на случай часа "Ч", старинные подкопы, штольни, лабазы, провалы, артезианские пустоты, русла полувысохших и высохших речушек пронизывают подземное пространство на сотни километров, сплетаясь в причудливые лабиринты. Даже в былые времена всеобщей упорядоченности таинственный мир подземелья имел множество хозяев. "Мосгаз" располагал довольно точной секретной схемой своих коммуникаций, "Мосводопровод" - своих, тресты "Подземвентиляция" и "Мостелефонстрой" тоже держали в сейфах первых отделов испещренные тысячами линий "простыни" с лиловыми штампами ограничивающих грифов в правом верхнем углу. Но иногда бетонный пол газового хозяйства проваливался в черную яму русла Неглинки либо в потайной ход Хитровки, после чего десятки руководителей и специалистов терялись в догадках: что делать? Обычно, после недолгих консультаций с райкомом партии, дыру надежно цементировали и забывали о параллельном "ничейном" мире. Случалось и по-иному: "Подземвентиляция" или линейная бригада "Метростроя" пробьют по своим надобностям шурф и окажутся в ярко освещенном туннеле, тут же завоют сирены и закрутится такая карусель, что уже никто - от рядового проходчика до управляющего - не рад, что влезли в сферу секретного ведомства. Здесь ход событий был несколько иным: бригаду мгновенно снимали с работ, все прослушивали короткую лекцию о бдительности и давали подписку о неразглашении, после чего обходили опасное место за версту.