Разговор вертелся в основном вокруг старика, назвавшегося Коглином, и снов, будто бы кем-то посылаемых. Вероятнее всего, Алланоном. А еще они говорили о порождениях Тьмы, об Ищейках Федерации, незнакомце, спасшем их в Варфлите, и вообще о том, что происходит с этим миром. На сей раз они окончательно выяснили позиции друг друга по всем вопросам, после чего стали куда менее разговорчивы. Уже через час после пробуждения братья были по горло сыты друг другом.

- Ты не можешь отрицать вероятность того, что старик действительно Коглин, - уже в сотый раз повторял Пар, когда они несли в лодку свернутый брезент.

Колл пожал плечами:

- А я и не отрицаю.

- И если он в самом деле Коглин, ты не можешь отрицать: все, сказанное им, - правда.

- Я и этого не отрицаю.

- А как насчет женщины? Что она такое, если не порождение Тьмы, ночное существо, чья магия сильнее, чем наша?

- Твоя.

Пар начал сердиться:

- Извини, моя. Говорю тебе, это порождение Тьмы. Ничем другим она не может быть! А значит, хотя бы часть того, о чем рассказывал старик, правда, и не важно, как ты к этому относишься.

- Подожди минутку. - Колл бросил свой край брезента на землю и, уперев руки в бока, стал с сожалением разглядывать брата. - Ты делаешь удивительно нелогичные заключения, но основываешься на них, будто они исполнены глубокого здравого смысла. Если эта женщина в самом деле порождение Тьмы, то почему из этого обязательно следует, что старик сказал правду?

- Как же, ведь если...

- Не хочу даже анализировать твое допущение, что она порождение Тьмы! - резко перебил его Колл. - Кстати, мы вообще не имеем ни малейшего представления о том, кто они такие. С таким же успехом старуха могла быть кем угодно другим.

- Кем угодно другим? И кем же?..

- Да хотя бы помощницей старика, подсадной уткой, чтобы мы поверили в правдивость его рассказа.