П.АМНУЭЛЬ

ПОХИЩЕННЫЕ

- И я бы не хотел оказаться там именно в этот момент, - сказал Ури Бен-Дор, на что его собеседник Ави Авнери отреагировал пожатием плеч:

- Можно подумать, - сказал он, - что тебя кто-то заставляет.

Разговор происходил в кабинете Бен-Дора, председателя Израильского общества уфологов. Гость и собеседник Бен-Дора, член кнессета Авнери, в пришельцев не верил, а историю, рассказанную приятелем, воспринял с обычным своим юмором, многократно помогавши ему с честь выходить из нелепых парламентских перепалок.

- Но что-то ведь делать надо, - продолжал Бен-Дор, не обращая внимания на иронию приятеля.

- Завтра, - сказал Авнери, - я после обеда предложу кнессету законопроект спасения населения Франции. Между четырьмя и пятью часами. Я обратил внимание: за последние два года не заблокировали ни один закон, который был предложен в это время. Видимо, после обеда организм расслабляется...

- А может, и не нужно ничего предпринимать, - рассуждал Бен-Дор. - В конце концов, что нам Франция? Французы даже не поддержали нас в конфликте с Раджаби!

- Верно! - подхватил Авнери. - Вот пусть и катятся. А Париж мы заселим, за этим дело не станет.

- Решено, - принял, наконец, решение Бен-Дор. - Немедленно звоню Джиму Рочестеру.

- Решено, - принял решение и Авнери. - Назову законопроект "О заселении пустующих земель на территории бывшей Франции".

Для Ури Бен-Дора уфология была, естественно, хобби, поскольку прожить в Израиле, исследуя летающие тарелочки, мог только миллионер, каковым Бен-Дор никогда не был. В свои тридцать восемь он работал в Статистическом управлении, недавно развелся во второй раз и выплачивал обеим женам алименты, оставляя себе на жизнь ровно столько, чтобы соответствовать известному сохнутовскому тезису о том, что никто в Израиле еще не умер от голода.

Уфология - наука, конечно, безбрежная, как безбрежна Вселенная.