— Щазз летим к телкам, затаримся бухлом и ломанемся греть пузо! — «обрадовал» меня Вован еще через пару минут. Я промолчал, не понимая, зачем нам телята, чем мы собрались громыхать, и зачем греть живот. Что-то мне тут перестало нравиться. Но мои душевные метания довольно скоро сошли на нет: все прояснилось! Оказывается, «телки» — это продажные женщины, которые стоят у тротуаров, которых можно строить в одну шеренгу, как в армии, щупать, тискать, шлепать по заднице, в общем, выбирать как заблагорассудится, а потом… взять и загрузить всем скопом в арендованный тут же автобус. Не совсем понятен принцип отбора по количеству, — нас было шестеро, а дам — двадцать одна, но я решил не вмешиваться и тут: ребята явно знали, что делали. Бухлом оказался не барабан или какой-нибудь другой ударный инструмент, а всего-навсего русская водка. Правда, в довольно большом количестве: восемь ящиков по двадцать бутылок и почему-то «для ровного счета и эти шесть штук». Я не совсем понял, как можно назвать число сто шестьдесят шесть «ровным», но и эту странность отнес к понятию «русская душа»…
Дальше стало еще веселее. Кавалькада неслась по ночному городу со своей обычной скоростью, или, как ее назвал Вован, «педаль до полика», причем автобус с «телками» почему-то не отставал. Наконец мы остановились у здания с надписью «Фитнесс-клуб» и начали выгружаться. Я подозрительно заглянул за стекло, мило украшенное надписями вроде «Спорт — это сила», и увидел там довольно профессиональные тренажеры. Что делать в спортивном зале с водкой и «путанками», как называли пассажирок автобуса бойцы, мне было непонятно, но способность удивляться за этот длинный-предлинный день сильно притупилась, и я обреченно поплелся за своими коллегами внутрь, послушно схватив ящик водки, протянутый мне кем-то, раздумывая, что же эти дамы обычно путают.