Свет померк. Конан совершенно потерял ощущение времени. Липкий, холодный мрак окутал северянина, по телу пробежала неприятная дрожь.

Уже в пятый раз Конан направлялся на помощь старой подруге…

… Киммериец открыл глаза и осмотрелся. Боги, это же спальня Селены! На стене чадит одинокий факел, за окном мерцают россыпи звезд. Хорошо хоть то, что воин сразу оказался в Трунсоме, а не в глухом валвилском лесу.

До наемника донеслись странные звуки: тихие стоны, редкие приглушенные фразы, тяжелое дыхание…

Намек Рата стал понятен. Вот мерзавец! Он умышленно поставил северянина в столь неловкое положение — хочет испытать чувства Конана. А ведь Рат прекрасно знает о договоре киммерийца с королевой. Лишнего удовольствия волшебнику наемник не доставит — подобной мелочью варвара не проймешь!

Постепенно глаза привыкли к темноте, и киммериец без труда различал на кровати две обнаженные фигуры. Однако, сейчас Селена не очень похожа на женщину, которой угрожает смертельная опасность!

Ухмыльнувшись, северянин тихонько направился к дубовому столику, стоявшему возле стены — там обязательно должен быть кувшин с вином. Жажда измучила Конана. Он не ошибся. Пьянящая жидкость текла по подбородку.

Между тем, его шаги не остались незамеченными. Мужчина сел на постели и судорожно шарил рукой по полу в поисках меча.

— Прошу прощения за столь наглое и дерзкое вторжение, — произнес наемник. — Вы так превосходно развлекались… Я сейчас допью вино и уйду.

— Конан! — воскликнула правительница Фессалии.

В ее голосе смешались самые разнообразные эмоции. Радость от встречи с возлюбленным, неловкость от увиденной им сцены и страх за Линка. Корнистонец горяч и глуп, а северянин жесток и бесстрастен. Убить рыцаря киммерийцу не составит ни малейшего труда. Схватив фессалийца за руку, Селена что-то горячо зашептала ему на ухо.