— Не буду спорить, — усмехнулся северянин. — Мне пока трон не достался, однако, рано или поздно, и я познаю это чувство. Тогда и вернемся к нашему разговору. А сейчас надо действовать — армия ингасов уже движется к Хусорту. Дикарей нельзя подпускать близко к замку.

— Удачи… — Селена попыталась улыбнуться сквозь слезы.

Наемник поцеловал волшебницу в губы и направился к выходу.

Во внутреннем дворике Конана дожидались. Через центральные ворота крепость покидали три полка фессалийцев — им за половину дня следует преодолеть почти десять лиг. Не исключено, что в бой придется вступать без отдыха и обеда, а назад вернуться далеко не все…

— В твоем распоряжении две тысячи сто бойцов, — сообщил гаран. — Здесь и хусортцы, и корнирстонцы, и мидлэймцы. Они будут отчаянно сражаться. Отступить, убежать нельзя — это значит опозорить собственный род и провинцию. Парни не подведут, ручаюсь!

— Спасибо за доверие, — поблагодарил рыцаря северянин. — Ночью войска должны вернуться. Будьте осторожны. Трюк с переодеванием ты помнишь? Тщательно проверь своих людей!

— Не сомневайся, — бесстрастно сказал рыцарь. — Хусорт продержится столько, сколько нужно. Замок не по зубам ни варварам, ни Ксатлину. Лишь бы ваш рейд увенчался успехом!

— Будем надеяться, — произнес Конан.

Из подземелья показался Ивон. Посмотрев на киммерийца, советник отрицательно покачал головой. Вопрос пленников значительных результатов не дал. О местонахождении древнего святилища у простых дикарей были весьма смутные представления — слухи ограничивались ссылкой на Конжарские горы, а они тянутся с Полуночи на Полдень на тысячу лиг. Местонахождения капища оставалось неизвестным.

Конюхи подвели наемнику и валвилцу двух превосходных лошадей. Отряд из пятидесяти закованных в латы воинов ждал распоряжений возле стены донжона со стороны Восхода. Что им предстоит сделать, кавалеристы еще не знали. Уверенным движением северянин запрыгнул в седло, бросил последний взгляд на окна центрального зала и сильно ударил пятками животное по бокам.