Фухе и Конг благополучно добрались до управления поголовной полиции. Начинало светать, в мутном мареве танки, окружившие управление, показались комиссару небольшим стадом мамонтов. Впрочем, в здании было тихо. Охрана, отсалютовав Конгу, пропустила его и Фухе внутрь. Кабинет де Била оказался запертым, но Конг, не долго думая, вышиб дверь ногой, пробормотав: «Все равно новый замок ставить!» Из тайника, хорошо известного всем сотрудникам поголовной полиции, была извлечена заветная бутылка коньяка, которым де Бил угощал особо важных гостей.

— Ну, будем, начальник! — произнес Конг, и они опустошили по стакашке.

— Э-э-э, господин Конг, — нерешительно начал Фухе. — Вы насчет миллиардов этих пошутили или как? А то сегодня все шутят, шутят…

— Нет, — серьезно ответил министр. — Я не шутил. Пропало около тридцати миллиардов.

— Но таких денег и в казне нет!

— Теперь нет, а раньше были. До сегодняшнего дня. Понимаешь, кролик, наш бывший министр финансов — изрядная бестия. Он откуда-то узнал о готовящемся перевороте и успел перевести деньги за границу. Конечно, не для спасения национального капитала. Вдобавок, часть наших средств лежит в банках Швейцарии и Соединенных Штатов, а все коды у этого заразы-министра. Понял теперь?

— А министр-то где?

— А министр здесь. В трех минутах езды.

— Так почему?… — от возмущения не смог договорить Фухе.

— Не спеши, — остановил его Аксель. — Министр не успел удрать, но в последнюю минуту спрятался в британском посольстве. И шифры при нем, в его «дипломате». Если бы это было какое-нибудь кохинхинское посольство, мы бы, сам понимаешь, не церемонились. Но тут дело другое. Поэтому, птенчик, умри, а к вечеру нам министра достань! Впрочем, — Конг зевнул, — не достанешь, так умрешь уж точно. Понял? Ну, я пошел!