После веков страстного желания иметь своего собственного наследника, мечты Разрушительницы наконец-то сбывались. Говорили, что остров Атлантиды расцвел в тот день и познал даже большее благоденствие, чем когда-либо. Королева-богиня радостно праздновала, рассказав остальным богам о своей новости.

Как только Мойры услышали ее заявление, они посмотрели на Аполлими и Архонта и провозгласили, что нерожденный сын Аполлими принесет им всем смерть.

Одна за другой, три Мойры каждая произнесла по одной строке пророчества.

— Мир, который мы знаем, закончится.

— Все наши судьбы в этих руках упокоятся.

— Каждая его прихоть, как бога, обретет власть высшего закона.

Повергнутый в ужас их предсказанием, Архонт приказал своей жене избавиться от нерожденного ребенка.

Аполлими отказалась. Она слишком долго ждала возможность иметь собственное дитя, чтобы видеть его бессмысленно умерщвленным из-за слов ревнивых Мойр. С помощью своей сестры она преждевременно родила сына и спрятала его в мире смертных. Архонту же она предъявила окаменевший плод.

— Я достаточно насмотрелась на твои измены и ложь, Архонт. С этого дня и впредь мое сердце остыло к тебе. Окаменевший плод [маленький ребенок, плод, погибший при брюшной внематочной беременности и подвергшийся обызвествлению. ]- это все, что ты когда-нибудь получишь от меня.

В ярости, Архонт заключил ее в Калозис, в нижнюю сферу между этим миром и миром богов.

— Там ты и будешь оставаться, пока твой сын не умрет.

И тогда боги Атланты сосредоточили свое внимание на сестре Аполлими, пока не добились от нее признания.

— Он родится, когда луна поглотит солнце и Атлантида утонет в абсолютной тьме. Его царственная мать будет рыдать в страхе от его рождения.

Боги пошли к королеве Атлантов, момент рождения сына которой приближался. Как и было предсказано, луна затмила солнце, пока она рожала в муках, и когда ее сын родился, Архонт приказал убить ребенка.