Элрик отхлебнул вина и сказал, не отрывая кубка от губ:

- Это только слова, граф Йолан. В чем твое послание?

Уверенность оставила Йолана. Он слабо возразил:

- Может быть, для тебя это одни слова, но что касается меня, то я в этом не сомневаюсь. Разве король Дхармит не был бы здесь сегодня, если бы ты не бежал с поля боя - того боя, который подорвал мощь морских владык и твоего собственного народа? Разве ты не воспользовался колдовством, чтобы спастись самому, вместо того чтобы помочь людям, которые считали тебя своим товарищем?

Элрик вздохнул.

- Я знаю, ты пришел сюда не для того, чтобы куражиться надо мной. Дхармит погиб на борту своего флагманского корабля во время начала атаки на Имррир в лабиринте, а не в последовавшем затем сражении.

- Ты насмехаешься над моими вопросами, а потом предлагаешь в ответ неубедительную ложь, чтобы прикрыть собственный трусливый поступок, - горько ответил Йолан. - Моя бы воля, то я прямо здесь угостил бы тебя твоим дьявольским мечом. Я знаю, как все было.

Элрик медленно поднялся.

- Твои колкости утомили меня. Когда ты созреешь, чтобы передать мне свое послание, оставь его у хозяина гостиницы.

Он обошел столик и направился к лестнице, но остановился, когда Йолан ухватил его за рукав.

Смертельно бледное лицо Элрика уставилось в молодое лицо графа. Алые глаза альбиноса засветились опасным огнем.

- Я не привык к такой фамильярности, молодой человек.

Йолан убрал руку.

- Прости меня. Я забылся. Не следовало мне давать волю эмоциям. Я пришел по деликатному делу - принес послание королевы Йишаны. Она ищет твоей помощи.

- Я в такой же мере не склонен помогать другим, в какой не привык объяснять свои поступки, - нетерпеливо сказал Элрик. - В прошлом моя помощь не всегда приносила благо тем, кто за ней обращался. В этом убедился и Дхармит, единокровный брат твоей королевы.

Йолан с мрачным видом сказал: