Демидов, заложив руки за спину, нервно расхаживал по номеру. Через пару часов после того, как Анна уехала реализовывать первую часть их плана, Купец вихрем ворвался к Володе в номер и спросил:

– Пигалица не приехала?

У каждого разведчика есть оперативный псевдоним. Корнейчик Демидов окрестил «Пигалицей» и теперь не стесняясь называл ее так.

Получив отрицательный ответ, он забегал по комнате. Это продолжалось уже несколько часов. Временами Демидов резко останавливался перед лежащим на кровати Локисом и начинал доставать его вопросами.

– Как полагаешь, этот козел клюнет? – спросил Купец, в очередной раз глядя в упор на Володю. Волнение приятеля за Аню как-то незаметно передалось и Локису, но он старался не подавать вида. После того как Корнейчик сказала, что тоже принадлежит к их ведомству, но только к другому отделу, отношение Купца к ней несколько изменилось. Во всяком случае, он перестал косо смотреть в ее сторону.

– Ну, откуда я знаю, Купа, миленький, – простонал Владимир, – Анька сказала, что должно сработать. Намекала, что у нее есть нечто такое, что должно его напугать… И что это за «нечто» – ни ты, ни я не знаем.

– Вот именно, – перебил друга Демидов, – что мы ни хрена не знаем! Она нам скармливает информацию в час по чайной ложке, а мы ее хаваем, как последние дураки! Сидим тут пнями вторые сутки, плесенью покрываемся… Терпеть не могу неопределенности. Вот когда она придет?

– Купа, – взмолился Локис, – прекрати меня пытать! Ты уже третий час мне мозг вынимаешь своими вопросами! Иди лучше съешь что-нибудь; может, хоть тогда успокоишься…