А частые командировки объяснял тем, что ездит на испытательный полигон во Владимирскую область. Правда, с каждой новой командировкой скрывать от матери истину становилось все сложнее. По всем признакам, она явно что-то подозревала. И небезосновательно. На самом деле сержант-контрактник Владимир Локис был снайпером в разведывательно-диверсионной группе. И все его командировки никогда не отличались ни простотой, ни тем более безопасностью. Локис понимал, что когда-нибудь придется платить за эту «святую ложь» довольно дорогой ценой – родительским доверием.

Володя допивал чай, когда зазвонил домашний телефон. С кружкой в руке он вышел в прихожую и снял трубку.

– Алло? – полувопросительно произнес Локис.

– Это Смольный? – пророкотал в мембране бас командира его группы капитана Лешки Демидова под псевдонимом Купец. – У аппарата товарищ Урицкий!

Подобные шутки повторялись при каждом телефонном звонке и были чем-то наподобие пароля. По фамилии того, кем представлялся Купец, Володя без труда мог догадаться, с какими новостями он ему звонит. На этот раз фамилия председателя Военно-революционного совета Моисея Урицкого не предвещала ничего хорошего. Локис почувствовал, как у него засосало под ложечкой.

– Купа, не тяни, – упавшим голосом попросил Володя. – Лучше вываливай все и сразу…

На том конце провода послышался тяжелый, продолжительный вздох.

– Ты чемоданы уже упаковал? – начал все же издалека Демидов.

– Ну, уложил, – осторожно ответил Володя. – Ты хочешь сказать, что придется разбирать?

Он спросил это, хотя уже точно знал ответ. Случилось что-то, из-за чего его отзывают из отпуска, который еще и не начался.

– В общем, тема такая, – запинаясь, начал объяснять Демидов. – Тут нарисовалась прогулка, и, сам понимаешь, Батя объявил общий сбор, «яблоко-206»… Говорит, дело срочное, отлагательств не терпит.