Увидев всех нас, парень тут же замер, навел объектив и ослепительно щелкнул. - Простите, господа, - развел он руками. - Прошу меня великодушно простить. Поймите правильно, я журналист, и поэтому... - Присаживайтесь, господин журналист, - сказал, поднимаясь, Мугид. Присаживайтесь и не волнуйтесь, все понимают правильно.- Он дождался, пока парень сел, и продолжил: - Итак, господа, я имею честь приветствовать вас в гостинице "Последняя башня". Этот скромный ужин, надеюсь, позволит вам узнать поближе друг друга и проникнуться атмосферой нашего общего дома на ближайшие несколько дней. Вам предстоит познакомиться с величественной и трагичной историей ущелья Крина, с судьбой Пресветлого Талигхилла и многих других людей, оказавшихся в те роковые дни рядом с ним. Но все это завтра, господа, а сейчас прошу вас приступить к трапезе и попытаться расслабиться. Приятного аппетита, господа.- С этими словами старик сел и подал нам всем пример: стал накладывать на тарелку салат. Мы тоже принялись за угощение; кто-то с громким хлопком распечатал бутыль вина, кто-то просил передать ему "во-он то блюдо, да-да, с печеньем в виде звезд". В общем, начался пир горой. Я ухаживал за своей новой знакомой, не забывая, впрочем, и о собственном желудке. Хотя еще час назад мне совершенно не хотелось есть, вид (а главное - вкус) того, что было на столе, переубедили мой усталый организм. Девушка также по достоинству оценила "наш скромный ужин". При этом она оказалась неплохой собеседницей - мы не скучали. Через пару часов гости стали расходиться. Карна (так ее звали) тоже встала и сказала, что пора, пожалуй, идти. Я вознамерился было проводить девушку до ее апартаментов, но за ней уже явился слуга, а мой рукав мгновением позже оказался в плену у того самого журналиста. - Простите, - сказал журналист,- но не могли бы вы уделить мне несколько минут? - Слушаю вас.- Наверное, это прозвучало неприязненно. Я сел на свободный стул и присмотрелся повнимательнее к этому типу.