В к о н ц е к о н ц о в , с б ы в а ю т с я о н и н е т а к у ж ч а с т о ! И в л ю б о м с л у ч а е , э т о м у м о ж н о н а й т и р а з у м н о е о б ъ я с н е н и е . А с е г о д н я и в о в с е с м е ш н о - т о л ь к о к а к и е - т о л е п е с т к и . И э т о - п р о р о ч е с к и й с о н ?!

Пока Талигхилл пытался убедить самого себя, а заодно - окончательно проснуться, носильщики с паланкином уже оказались в городе. Джергил и его коллега Храрри п шли впереди и зычными голосами время от времени требовали: "Дорогу! Дорогу!" Впрочем, это была излишняя мера предосторожности - любому достаточно взглянуть не широкие плечи и мрачные лица телохранителей, чтобы самому догадаться очистить им путь.

И все равно, продвижение паланкина значительно замедлилось. Принц приподнял занавеску, чтобы можно было смотреть наружу, не становясь при этом доступным для посторонних глаз. В меру широкие улицы Гардгэна кипели людьми: торговцами, громкими голосами мастерски зазывавшими к лоткам и расхваливавшими свой товар; слугами, спешившими куда-то по приказаниям господ; молодыми повесами, которые шагали к ближайшему трактирчику, задиристо поглядывая по сторонам и держась за рукоять клинка; изредка появлялись носильщики с паланкинами, - как у Талигхилла, только украшенными победнее; почти на каждом перекрестке встречались стражники в тусклых шлемах, с пиками и круглыми щитами на спине. Все это принц видел вблизи не раз и не два - когда тайком от телохранителей уходил из дворца и окунался в эту жизнь, совсем не похожую на жизнь Пресветлых. В особенности же Талигхилл любил бывать на рынке Гардгэна - именно там, куда он направлялся и сегодня.

Рынок занимал собой огромный район столицы и растягивался на несколько десятков кварталов - самых шумных и опасных кварталов города. Или, если угодно, самых привлекательных и таинственных.