- Да, - повторила моя новая знакомая. - Я - историк. Вот, приехала воочию исследовать то, чем занимаюсь большую часть своей жизни.

- А я здесь с более прозаическими намерениями. Захотелось как-нибудь необычно провести отпуск. Согласитесь, довольно скучно валяться целыми днями на пляже. К тому же давно хотел испробовать на себе: что это такое - повествование.

- Мне тоже интересно, - призналась она. - Если честно, я даже немножко боюсь. И...

В это время в зал вошел еще один гость: высокий и необычайно подвижный парень лет этак двадцати-двадцати пяти. На шее у него висел массивный фотоаппарат со вспышкой, из многочисленных карманчиков кожаного жилета выглядывали блокнот, самопишущая ручка и еще какие-то неузнаваемые вещицы. Увидев всех нас, парень тут же замер, навел объектив и ослепительно щелкнул.

- Простите, господа, - развел он руками. - Прошу меня великодушно простить. Поймите правильно, я журналист, и поэтому...

- Присаживайтесь, господин журналист, - сказал, поднимаясь, Мугид. Присаживайтесь и не волнуйтесь, все понимают правильно.

Он дождался, пока парень сел, и продолжил.

- Итак, господа, я имею честь приветствовать вас в гостинице "Последняя башня". Этот скромный ужин, надеюсь, позволит вам познакомиться друг с другом и проникнуться атмосферой нашего общего дома на ближайшие несколько дней. Вам предстоит познакомиться с величественной и трагичной историей ущелья Крина, с судьбой Пресветлого Талигхилла и многих других людей, оказавшихся в те роковые дни рядом с ним. Но все это завтра, господа, а сейчас прошу вас приступить к трапезе и попытаться расслабиться. Приятного аппетита, господа, - с этими словами старик сел и подал нам всем пример: стал накладывать на тарелку салат.

Мы тоже принялись за угощения; кто-то с громким хлопком распечатал бутыль вина, кто-то просил передать ему "во-он то блюдо, да-да, с печеньем в виде звезд". В общем, начался пир горой.