Парк оглянулся на разобранный истребитель.

— Клэр!

Но пилот уже перебежал палубу, укрывшись за челноком. Вторым залпом были убиты его ошеломленные конвоиры.

Один из штурмовиков связался с ним по комлинку:

— Коммандер Парк? Вы в порядке?

— Мы все в порядке. Из ангара ведет только эта дверь.

Шесть штурмовиков заняли позицию перед дверью, остальные минировали внешний люк. Командир штурмовиков сообщил:

— Мы сейчас взорвем внешний люк. Погрузите своих людей на борт челнока.

Парк скомандовал своим людям:

— Вы слышали? Все на челнок!

— Адмирал, они приближаются. Все тридцать оставшихся истребителей. Выстраиваются в наступательную формацию.

Траун кивнул.

— Принято, капитан. Выпустить одну эскадрилью ДИ-истребителей на перехват.

— Есть, сэр.

Найриз передал приказ адмирала в пост управления истребителями.

— Сэр, вы думаете, одной эскадрильи будет достаточно?

— Более чем достаточно, капитан. Иначе нашим пилотам придется следить, чтобы не столкнуться друг с другом, атакуя противника.

— Даже если противник осведомлен о возможностях ДИ-истребителей?

Траун улыбнулся.

— Противник не осведомлен о возможностях ДИ-истребителей. Он осведомлен о возможностях истребителя лейтенанта Клэра. А это совсем не одно и то же.

Найриз, наконец, понял, чем была вызвана трехчасовая задержка в ангаре. Траун приказал удалить с истребителя лейтенанта Клэра все то, что могло представлять интерес с военной точки зрения.

Строй ДИ-истребителей и формация чужих кораблей быстро сближались. Противник имел троекратное численное превосходство, а по размерам его истребители превосходили ДИ-истребители почти в четыре раза. Найриз затаил дыхание.

Когда они, наконец, столкнулись, ДИ-истребители пролетели сквозь строй противника, как выхлопы двигателя сквозь падающий снег. Одиннадцать вражеских истребителей мгновенно превратились в огненные шары, двенадцатый, получив попадание, рыскнул в сторону и в него врезался его ведомый, отчего оба корабля взорвались.