«А все и не нужно. Довольно одной-единственной: река не любит пересечений».

Река или водяники, позволь уточнить?

Мантия игриво качнула крыльями.

«Признаешь право любить и ненавидеть только за тем, кто кажется тебе живым существом?»

Ну-у-у… Такой ход вещей мне было бы проще всего понять. «Простота кроется вовсе не во внешней видимости, а во внутреннем содержании. Напомни мне, из чего состоит Гобелен?»

Из плоти драконов.

«И сия плоть имеет способность не только пребывать в состоянии неодушевленном, сиречь природном, но и уплотняться, обращаясь в руководимую духом материю. Заметь, руководимую, а не наделенную… Впрочем, не буду забивать тебе голову: довольно и тех знаний, что в ней уже имеются. Если говорить кратко, дракон может пребывать одновременно в двух проявлениях».

Разве только двух? А как же тогда…

«Не обликах, а проявлениях, не путай! Это разные вещи. Облик — наносное, то, что могут увидеть глаза, проявление же, хотя и является изменением видимого пространства, в точности соответствует выражаемой сути. Пока обстоятельства того не требуют, дракон уделяет свое внимание всей плоти, от первой ниточки до последней, а когда становится необходимым присутствие основной части сознания в определенном месте, появляется то, что ты обычно и видишь. Нити сгущаются, сплетаются между собой, выпускают ворсинки, уплотняя пространство. Только и всего».

Но тогда выходит, что дракон может перемещаться по миру мгновенно?

«В пределах границ своей плоти — да. Собственно, он и так всегда находится в каждой точке отведенных ему мировых пределов. Заходя же на чужую территорию… Все зависит от настроения хозяина по отношению к гостю. Но, как правило, препятствий друг другу никто не чинит».

Чтобы не отрезать себе самому возможность странствовать по всему миру. Звучит несколько трусливо и мелочно, но вполне понятно.