— Не припомню, чтобы в других гостевых домах, где я бывал, так заботились о постояльцах.

Дурацкое начало беседы, но удивление попросилось на волю, и я не счел необходимым сдерживать его неожиданный порыв. Впрочем, хозяин ответил вежливо, с еле заметной ноткой вины в голосе:

— Все услуги будут учтены в сумме оплаты.

Ого. Плохая новость. Представляю, сколько он с меня тогда потребует! Будь здесь несколько постояльцев, плата за свет в переходах наверняка была бы поделена между всеми, а так… Права была Мантия: придется все-таки заняться небогоугодными делами. Например, убить хозяина, вот тогда постой обойдется мне совершенно бесплатно. Впрочем…

…Убить… отнять жизнь… отнять годы… как долго живут люди?., по меркам мира — ничтожные мгновения… вот он был, вот его не стало, но ничего не изменилось… как только об умершем сотрется последняя память, нити Гобелена перестанут колыхаться, вернувшись в изначальное состояние, все станет прежним, как будто человека и не было на свете… но я дам ему шанс… я слишком устал от принятия решений… надоело…

Попробовать закончить дело миром? Хорошая идея. К тому же не только звонкие монеты могут стать платой.

— Почтенный хозяин, денежные средства, которыми я располагаю, слишком…

— Скудны? — опередил меня собеседник, но даже не дождался утвердительного кивка с моей стороны, торопливо продолжая: — Об этом я и хотел поговорить. Вернее, предложить вам небольшую сделку.

Вот это поворот на всем скаку! Так недолго и из седла вылететь.

— В чем она состоит?

Мужчина посмотрел на меня искоса, словно прикидывая, достоин ли я доверия, и, видимо, результат оказался удовлетворительным, потому что беседа продолжилась:

— Я беру за постой большую плату. Больше, чем во всех прочих гостевых домах города. Но если вы пообещаете молчать о моей уступке, скину с суммы половину.