– Послушайте. – Полковник растерялся. – Сами-то вы как себя чувствуете? Вам… плохо?

Гость поднял на него глаза, не выражающие ничего, кроме неимоверной усталости.

– Кого голос посетил первым? – с видимым усилием спросил он. – Министра или вас?

– Меня. Точнее – наш аэродром.

– А из ваших людей – в разговоре с голосом – никто не мог сослаться на министра?

– На министра сослался я, – сказал полковник. – А что, вы подозревали меня именно в этом?

Контрразведчик не ответил. Кажется, он понемногу приходил в себя: откинулся на спинку кресла, глаза его ожили, полные губы сложились в полуулыбку.

– Ну так это совсем другое дело, – произнес он почти весело. – Тогда давайте по порядку. Что же произошло на аэродроме?

«Ну уж нет, – подумал полковник, разглядывая гостя. – Помогать тебе в поимке этого парня я не намерен. Это было бы слишком большим свинством с моей стороны…»

– Разрешите вопрос? – сказал он.

– Да-да, пожалуйста.

– Вы что, заранее знали о том, что операция сорвется?

Гость ответил не сразу.

– Видите ли… Голос обычно возникает ранним утром и принимается осыпать упреками персонал какой-нибудь военной базы. Мы долго не могли понять, откуда он берет информацию…

– И откуда же?

– Представьте, из утренних столичных газет.

– Не морочьте голову! – резко сказал полковник. – Вы хотите меня убедить, что он развернул сегодня утром газету и прочел там об операции «Фимиам»?

Гость молчал, улыбаясь не то скорбно, не то иронически.

– Министру обороны это будет стоить карьеры, – сообщил он наконец. – Старичок почувствовал, что кресло под ним закачалось, и, конечно, наделал глупостей… Вообразите: передал газетчикам победные реляции в ночь, то есть до начала наступления.

– Сукин сын! – изумленно выдохнул полковник.