- Я съездил, - сказал Андрей. - Но это оказалась пустышка.

- В каком смысле?

- Бомбу бросили не они.

- Да? - Вадим остановился, разминая в пальцах папиросу. - Вы уверены?

- А что? - заинтересовался Андрей.

Его собеседник ответил не сразу, некоторое время он смотрел, как переходит через улицу стайка детишек. Их воспитательница, массивная женщина средних лет, перегородила улицу - руки крестом - наподобие живого распятия.

- Удивительно, - произнес Вадим. - Из этих вот славных существ вырастают такие, как мы. Пойдемте, Андрей.

- Так что вас смутило в этом адресе? - еще раз спросил Ласковин.

- Смутило? Нет. Меня смущает только глупость моего начальства. Организация, зарегистрированная по этому адресу, нам известна. Больше того, их пытались раскручивать по делу Пашерова, а это дело и ваше с легкой руки прессы увязаны в общий узел.

"И не только - прессы", - подумал Андрей, но вслух этого не сказал.

- Мне, однако, это кажется сомнительным, - продолжал между тем Вадим. Пашеров - да, возможно, но вы... грубая работа. Пете чертовски не повезло. Если бы тот мудак не воткнулся сзади...

Вадим бросил папиросу в урну и выщелкнул из пачки другую.

-А по делу Пашерова их могут взять? - спросил Ласковин.

- Сомнительно. Формально это не преступная группировка. Да и не только формально. Политическая партия с мощной поддержкой во многих слоях. Вы, вероятно, общались с "активным звеном"?

- Вероятно, - согласился Ласковин, вспомнив "военизированных".

- Это лишь часть айсберга. Но конфликт их с Пашеровым и теми, кто его поддерживал, - очевиден. Они эксплуатировали одни и те же лозунги. Но, как человек компетентный, я не стал бы объединять эти два преступления. Хотя, согласен, обставить все таким образом очень, очень неглупо. Если виновные разместились достаточно высоко, никто не заинтересовав в их наказании. А когда крупная рыба рвет сеть, целый косяк карасей тоже может удрать. Все не так просто.