И после вынесения приговора - а каков будет этот приговор, сомнений нет ни малейших - жить им осталось не более двух суток. "Интересно, наши сутки имеются в виду или их ящерные? Тогда это не 48 часов, а где-то под 60. Впрочем это тот самый хрен, который не слаще редьки... завры проклятые!" Под "заврами" солдат имел в виду членов трибунала. Конечно, произносить этот термин вслух, мягко говоря не рекомендовалось. Вообще-то это, пожалуй получилось случайно, но случайность выглядит весьма символической:лишь один из четверых судей - человек. И именно он пытается взять на себя функции адвоката. Создается пакостное впечатление, что без него даже видимость защиты не была бы обеспечена. Вот именно что видимость... Сержант уже отвечал на какой-то вопрос мешая чеканный металл фраз устава с жалким лепетом там, где этих фраз не хватало. Потом вопрос был задан и солдату - но он промолчал. - Встань! - рявкнул на него конвойнный. Нет, он не рявкнул - прошипел еле слышно, явно не желая, чтобы его голос донесся до судейского стола или даже до его напарника, замершего в странной позе по другую сторону скамьи подсудимых. - Встань! Не губи себя... - Не дождешься, пресмыкающееся,- процедил солдат. Вообще-то он собирался выдать более сложный каламбур - вроде "Не дождаться вам, пресмыкающееся, чтобы человек перед вами пресмыкался!". Но слова застряли у него в горле. К тому же охранник просто не понял бы его. Да, в далеком - очень далеком! - прошлом предки завров передвигались ползком, "пресмыкаясь" в самом прямом смысле этого слова. Так же, как и предки людей, если уж на то пошло... Но эволюция давно выпрямила тело - и у тех, и у других. Вернее будет сказать, что пресмекается сейчас самый "прямостоящий" из всех кто находится в эдании суда именно потому, пресмыкается, что выпрямился в строевой стойке. Вот, вот он снова что-то лепечет в свое оправдание... дубина стоеросовая. Солдат вдруг понял, что именно показалось ему необычным в позе охранников. Вот именно сама именно сама поза и показалась.