– Естественно, – кивнул Питер.
– А тут придется ей рискнуть. Несколько месяцев назад на «Янычара» поступил наш человек – и он погиб. Утонул. Теряли мы людей и на других судах. Так что геройство совершенно ни к чему. Нас не интересует мелочь, вроде капитанов. Нужно проследить за всей организацией. Ваша задача – все видеть и слышать, не вызывая подозрений. Если до прихода в Сантос появится информация, свяжитесь с нашим человеком в Сан-Паулу по телефону. – Роджерс протянул Питеру бумажку. – Учтите, за любую существенную информацию назначено приличное вознаграждение. Вам оно не помешает.
Губы Питера дрогнули в улыбке:
– К деньгам я отношусь как всякий нормальный человек.
– Прекрасно. Тут вы схожи с сэром Эндрю Фристауном, а он крупный держатель акций одной из наших самых влиятельных компаний. И умеет быть благодарным, – заметил Роджерс.
Марстон кивнул, подтверждая.
– Не спрашивай, Питер, чего мне это стоило, но сэр Эндрю обещал взять тебя в свою компанию, если ты добьешься успеха. Вот твой реальный шанс.
Лэндерс был счастлив, его переполняло чувство благодарности, но слов недоставало, да они и не были нужны. Он уже проникся важностью нового дела. При мысли о возможных перспективах его переполняла энергия и решимость сделать все возможное.
«Янычар» оказался старой калошей, явно не предназначенной для океанских переходов. Капитан-француз в старших помощниках держал датчанина, и бутылки с джином и шнапсом звенели с самого утра. Питера немало веселила его двусмысленная роль. Раньше он с от души присоединился бы к командирской компании, но теперь все чаще замечал, что пьет больше по роли, а не для удовольствия. Роль пьяницы давалась Лэндерсу легко и непринужденно, учитывая его образ жизни последних лет. Но свое поведение за столом Лэндерс теперь обдумывал заранее, хотя и выглядел рубахой – парнем.